Прошла от дома ты до лагерного сбора,
Судьба свела нас за обеденным столом.
И вот теперь уже почти неделя скоро,
Как неразлучные товарищи живем
с тобою.
ПРИПЕВ: Эх, подружка, моя большая кружка,
Полулитровая моя!
Поишь меня горячим чаем,
За что тебя я уважаю.
Эх, подружка, моя большая кружка,
Полулитровая моя!
Иду на завтрак, на обед или на ужин,
И ты со мною на брезентовом ремне.
Как альпинисту ледоруб в походе нужен,
Так на привале ты необходима мне,
родная.
ПРИПЕВ
Настанет день и мы расстанемся с тобою,
Из лагерей мы разойдемся по домам.
Я подниму тебя дрожащею рукою,
Налив в тебя свои последние сто грамм
чаю...
ПРИПЕВ
Судьба свела нас за обеденным столом.
И вот теперь уже почти неделя скоро,
Как неразлучные товарищи живем
с тобою.
ПРИПЕВ: Эх, подружка, моя большая кружка,
Полулитровая моя!
Поишь меня горячим чаем,
За что тебя я уважаю.
Эх, подружка, моя большая кружка,
Полулитровая моя!
Иду на завтрак, на обед или на ужин,
И ты со мною на брезентовом ремне.
Как альпинисту ледоруб в походе нужен,
Так на привале ты необходима мне,
родная.
ПРИПЕВ
Настанет день и мы расстанемся с тобою,
Из лагерей мы разойдемся по домам.
Я подниму тебя дрожащею рукою,
Налив в тебя свои последние сто грамм
чаю...
ПРИПЕВ
Tags:
no subject
Эту песню я пел пионерам в воинском эшелоне в 1968 году, когда их попутно подвозили из похода на нужную станцию. Они взяли эти слова. Дело было на Урале.
В Интеренете эта песня есть, но слова другие или искажены. Искажены, я думаю, потому, что некоторые забытые строки замещали своими. Так вместо пылающего костра появился обеденный стол. Есть текст, где дрожащей рукой (?) некто наливает в кружку 100 грамм. Никогда не слышал в то время, чтобы туристы или альпинисты пели про 100 грамм или дрожащие руки.))
no subject
no subject
Песни пели по-разному потому что память подводила и проявлялся эффект "испорченного телефона" (игра такая была).
Мама жива-здорова?
no subject
no subject
no subject